Кто виноват? Славой Жижек о войне ХАМАС и Израиля

34
Кто-виноват?-Славой-Жижек-о-войне-ХАМАС-и-Израиля

То, что люди отказываются учитывать обстоятельства израильско-палестинского конфликта, является моральной катастрофой, пишет Славой Жижек.

Во многих комментариях к атаке ХАМАС 7 октября возникает любопытный поворот: в тот момент, когда упоминается необходимость понять обстоятельства, при которых это произошло – оккупация Израилем Западного берега и его блокада сектора Газа – преобладающая реакция заключается в том, что человека обвиняют в поддержке или оправдании терроризма ХАМАС. Знаем ли мы, насколько странен этот запрет? Я считаю это моральной катастрофой.

Под пониманием обстоятельств я не имею в виду полнейшую глупость, маскирующуюся под глубокую мудрость: «Враг — это тот, чью историю вы не слышали». Готовы ли мы также подтвердить, что Гитлер был врагом, потому что его история не была услышана? Разве это не значит, что чем больше я знаю и «понимаю» Гитлера, тем больше Гитлер становится моим врагом? Не говоря уже о том, что истории, которые мы рассказываем себе, не являются правдой – это, как правило, ложь, придуманная для оправдания тех ужасов, которые я творю другим в действительности. Истина в том, что мы делаем в реальности. Во всех этнических чистках каждый агрессор представляет себя жертвой, реагирующей на агрессию. Когда Йоав Галлант, министр обороны Израиля, заявил, что Израиль борется с «человеческими животными», он сам утратил человеческий облик.

Исмаил Хания, лидер ХАМАС, который комфортно живет в Катаре, сказал в день нападения: «Мы можем сказать вам только одно: уходите с нашей земли. Уйди с наших глаз… Эта земля наша, Аль-Кудс [Иерусалим] наш, всё [здесь] наше… Для вас здесь нет ни места, ни укрытия».

Ясно и отвратительно одновременно. Но разве израильское правительство не говорило нечто подобное о палестинцах в секторе Газы, хотя и менее жестоко? Вот первый из официальных «основных принципов» нынешнего правительства Израиля: «Еврейский народ имеет исключительное и неотъемлемое право на все части Земли Израиля. Правительство будет способствовать и развивать заселение всех частей Земли Израиля – в Галилее, Негеве, Голанах, Иудее и Самарии». Или, как сказал премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху: «Израиль — это не государство всех своих граждан», а «государство еврейского народа — и только его».

Имея такой «принцип» вписанным в национальном законодательстве, как может Израиль упрекать палестинцев в отказе вести с ним переговоры? Не исключает ли этот «принцип» каких-либо серьезных переговоров? Не оставляет ли это палестинцам ничего другого, кроме возможности силового сопротивления? Государство Израиль никогда не давало палестинцам никакой надежды или позитивного представления об их месте в обществе; к ним строго относятся как к проблеме, которую необходимо решать как грубой силой, так и силой закона.

Так кто же виноват в перспективе второй Накбы? Должны ли мы винить в этом Армию обороны Израиля (ЦАХАЛ) или ее секретные службы? «Привратники» (2012) режиссера Дрора Море — это документальный фильм, в котором собраны интервью с шестью руководителями израильского агентства внутренней безопасности Шин Бет, каждый из которых предупреждает о том, насколько опасными могут быть политики. После интервью с руководителями Шин Бет Море рассказал журналу «Economist», что он понял, насколько Нетаньяху «представляет большую угрозу существованию государства Израиль». Он сказал: «Я видел по их глазам, как наши лидеры на самом деле не хотят решать эту проблему. У них нет дерзости, безрассудства, воли и мужества, которые нам нужны со стооны лидера. Я не возлагаю вину только на израильских лидеров. Я думаю, что палестинские лидеры страдают от той же ужасной болезни. Я думаю, что то, что сказал Абба Эбан о том, что палестинцы никогда не упускают возможности упустить возможность, применимо к обеим сторонам». То же самое и с ЦАХАЛ – вспомните осуждение «отказников», не желающих служить на Западном Берегу. То, что происходит в Израиле при последнем правительстве Нетаньяху, — это политический процесс в чистом виде, часть всемирной националистически-фундаменталистской борьбы, популизма, который направлен даже против правового государства.

В 1989 году переживший Холокост Симон Визенталь писал: «Непрерывно побеждающее государство Израиль не может вечно полагаться на сочувствие, оказываемое «жертвам»». Артур Кестлер, великий новообращенный антикоммунист, выразил это по-другому: «Если власть развращает, верно и обратное; преследование развращает жертв, хотя, возможно, более тонким и трагическим образом». Это справедливо для обеих сторон в продолжающейся войне. Первое поколение израильских лидеров открыто признало, что их претензии на землю Палестины не могут быть основаны на всеобщей справедливости, и что в конце 1940-х и 1950-х годах это была просто завоевательная война между двумя группами без перспективы посредничества. Давид Бен-Гурион, первый премьер-министр Израиля, писал: «Каждый может видеть серьезность проблем в отношениях между арабами и евреями. Но никто не видит, что решения этих проблем нет. Нет решения! Здесь пропасть, и ничто не может соединить две ее стороны… Мы, как народ, хотим, чтобы эта земля была нашей; арабы как народ хотят, чтобы эта земля принадлежала им».

29 апреля 1956 года группа палестинцев из Газы пересекла границу, чтобы разграбить урожай на полях кибуца Нахаль Оз. Рой, молодой еврей из кибуца, патрулировавший поля, поскакал к ним на своей лошади, размахивая палкой, чтобы прогнать их. Его схватили палестинцы, увезли обратно в сектор Газы, и когда ООН вернула его тело в тот же день, его тело было изуродовано.

Моше Даян, тогдашний начальник штаба ЦАХАЛ, на его похоронах на следующий день произнес панегирик: «Давайте не будем сегодня возлагать вину на убийц. Какие претензии мы имеем против их смертельной ненависти к нам? Они жили в лагерях беженцев в секторе Газы последние восемь лет, а мы прямо на их глазах превратили землю и деревни, где они и их предки когда-то жили, в нашу собственность. Не среди арабов Газы, а среди нас самих мы должны искать кровь Роя. Как мы закрыли глаза и отказались взглянуть прямо на свою судьбу и увидеть судьбу нашего поколения во всей ее жестокости. Разве мы забыли, что эта группа молодых людей, живущих в Нахаль Оз, несет на своих плечах бремя закрытых ворот Газы?»

Можно ли представить себе подобное утверждение сегодня? Просто вспомните, как далеки мы от ситуации пару десятилетий назад, когда мы говорили о соглашении «земля в обмен на мир», о решении в форме двух государств, когда даже сегодняшние самые стойкие сторонники Израиля оказывали на него давление, чтобы он не строил поселения на Западном берегу? В 1994 году Израиль построил стену, отделяющую Западный берег от Израиля, как это было до Шестидневной войны 1967 года, тем самым признав Западный берег как особое образование.

Весь этот прогресс, каким бы ограниченным он ни был, теперь растворился в воздухе. Европа должна снова найти здесь свой собственный голос, а не просто присоединиться к глобальному протесту. Она может это сделать, потому что она могла это делать на протяжении десятилетий, всегда готовая оценить сложность ситуации и выслушать все стороны. Было бы обидно оставить эту роль Путину и Китаю.

The New Statesman